«Шансов выжить почти не было». Истории чудесного спасения из огня рассказали в МЧС
В Беларуси 25 июля отмечают День пожарной службы. За сухими сводками об огненных ЧС прячутся обычные люди: оказавшиеся в беде и те, кто им помог. Корреспондент побеседовала с тремя спасателями из Брестской области, которые честно рассказали, о чем обычно молчат после тяжелых смен.
Максим Манюк в профессии оказался совершенно случайно. До армии он трудился на маслодельно-сыродельном заводе, комплектовал заказы. После службы собирался вернуться на предприятие, однако планы изменились. Его знакомый работал водителем в пожарной части и предложил присоединиться к команде спасателей. Тогда ему было 22 года. «Я подумал, взвесил все за и против и пришел работать в Кобринский РОЧС. Начинал с простого пожарного, потом был старшим пожарным. Сейчас — старший инструктор-спасатель», — рассказал прапорщик.
Он до сих пор помнит свой первый выезд на пожар и охватившее волнение — горел дачный домик. «Опыта не было. Старшие товарищи подсказывали. Я переживал, хотелось быстрее потушить пожар. Все прошло хорошо. Как говорится, молодо-зелено. Сейчас отношусь спокойно. Молодые коллеги удивляются, что мы едем на вызов и молчим. Нам информацию передали — все знают, кто и что делает», — пояснил Максим Манюк.
Каждый пожар, по его словам, по-своему сложный. Во время тушения спасатели максимально сконцентрированы, как будто выключается реакция на все постороннее. «Стараешься быстрее все сделать. Потом, когда уже потушили, идет разборка, проливка конструкций, присядешь: что-то рука или нога болит, шлейка чуть-чуть натерла. Чувствительность возвращается», — заметил мужчина.
Максим Манюк рассказал об одном из последних случаев спасения. В Кобрине на улице Калинина в многоквартирном доме произошел пожар на первом этаже. К моменту приезда работников МЧС было плотное задымление. «Я первым вошел в квартиру и нашел мужчину. Вынес пострадавшего на чистый воздух. Мы его передали скорой помощи. В квартире обгорели стены и потолок, имущество было повреждено», — вспомнил спасатель.
Многие его коллеги после ликвидации ЧС стараются мысли об этом отбросить в сторону. Близким предпочитают не рассказывать подробности. «Я живу в Бресте. Когда еду со смены, всегда звонит мама. Ее первый вопрос о том, как прошло дежурство. Потом звонит супруга. Рассказываю им в общих чертах. Работа у нас такая, что всякое случается, но не надо на этом зацикливаться. Приезжаю домой и занимаюсь своими делами», — подчеркнул Максим Манюк.
Несмотря на сложности, он любит свою благородную профессию. «Далеко ходить не нужно: кто-то не может кольцо снять с пальца, другому надо удалить осиное гнездо. Это мелочи, но людям помог, значит, день прожил не зря. А так в любой работе есть плюсы и минусы», — добавил старший инструктор-спасатель Кобринского РОЧС.
Павел Тышкевич, став спасателем, исполнил заветную мечту. Дело в том, что его отец служил в милиции. В Березе здания РОВД и РОЧС расположены напротив друга. «Часто приходил к отцу и через окно видел пожарную часть, как ребята занимаются. Понравилась их работа. Мечтал о ней с десятого класса. Узнал, что нужно для поступления, и постепенно готовился. Поступил в 2012 году. Я учился платно, а через полтора года перевелся на заочное и устроился на работу в МЧС», — поделился начальник дежурной смены пожарной аварийно-спасательной части №1 Березовского РОЧС.
Ему было 18 лет, когда пришел на службу. В первое же дежурство поступили три вызова. «Первые выезды ничем не примечательны. На тот момент захлестывал юношеский максимализм: было больше интересно, чем страшно. Первый серьезный пожар, как сейчас помню, — 20 июля 2015 года. В Березе произошло загорание спиртзавода. Техники очень много собрали, тушили больше шести часов. Работали с полуночи до шести утра не покладая рук, в полной боевой выкладке», — вспомнил Павел Тышкевич.
К любой нештатной ситуации работники МЧС должны быть готовы физически и морально. Именно поэтому очень много времени посвящают тренировкам. Дежурят спасатели сутки через двое. В распорядке дня несколько часов отведено боевой подготовке. «Минимум два раза в месяц занимаемся в аппаратах на сжатом воздухе. У нас есть учебно-тренировочный комплекс с меняющейся планировкой помещений. Имитируем непригодную для дыхания среду, заклеиваем маски, чтобы невозможно было ничего увидеть, и ищем условного пострадавшего (манекен). Продвигаемся одним звеном на животах, на коленях. У нас много и других сопутствующих занятий. Обязательно физическая подготовка, без нее никуда», — подчеркнул мужчина.
Надевая боевку с аппаратом на сжатом воздухе, к весу спасателя добавляется примерно 30 кг. Помимо этого, в руках могут быть бензорез, лом, веревка, пожарный ствол, радиостанции, фонари. «Это все навешиваем на себя. Бывает, боевая одежда, аппарат на сжатом воздухе и все оборудование добавляют к собственному весу примерно 50-60 кг, а то и больше. Поэтому физическая подготовка и выносливость должны быть очень хорошие», — заверил Павел Тышкевич.
Зачастую команде спасателей приходится работать в условиях плохой видимости. Коллеги понимают друг друга с полуслова или одного взгляда, используют язык жестов. Начальник дежурной смены привел один из примеров. «Перед входом в непригодную для дыхания среду выставляется постовой для безопасности. Мы заходим внутрь с пожарным рукавом. Он дергает один раз — это вопрос «Как состояние?». Мы тоже один раз дергаем за рукав в знак, что все хорошо. Это очень редко используется. Как правило, общаемся по радиообмену», — пояснил он.
Верные спутники пожара — огонь, высокая температура, дым и угарный газ — стремительно забирают жизненные силы человека. Если окна и двери герметичны, то долгое время посторонние могут не заметить возгорание, пока запах через вентиляцию не начнет попадать в другие квартиры, если речь идет о многоэтажках. Жертва оказывается в дымовой ловушке. Такой случай был недавно в практике Павла Тышкевича.
«Была глубокая ночь. Сообщение о загорании квартиры в Березе поступило 25 апреля в 4.22. Очевидец рассказал, что идет дым. Мы выехали тремя отделениями: две автоцистерны и одна автолестница. Со двора — никаких признаков. Я оббежал с другой стороны, а там на втором этаже из трех окон идет сильный дым, в одном были видны проблески огня. Мы не знали, есть ли внутри люди. Экипировались, включились в аппараты сжатого воздуха и вошли в квартиру. Благо она оказалась открытой — сэкономленное время», — заострил внимание начальник дежурной смены.
Температура в квартире к тому моменту подскочила, комнаты окутал густой дым. Передвигаться можно было с трудом. Спасатели шли гуськом, поскольку ближе к полу видимость была получше. Криками они привлекали внимание, но никто в ответ не отзывался. В углу самой дальней комнаты работники МЧС увидели горящий диван, подойдя поближе, заметили лежащего рядом человека. Он был в сознании, но не в силах разговаривать. «Вдвоем со старшим инструктором-спасателем его взяли. Возвращаясь по рукаву, чтобы не путаться на обратном пути, быстро вынесли мужчину на первый этаж. Там уже находились работники скорой помощи. Мы пострадавшего передали медикам, а сами вернулись в квартиру искать других возможных пострадавших», — отметил березовчанин.
По словам спасателя, хозяин квартиры оказался везучим. «Шанс ночью выжить в задымленной квартире крайне мал. Мужчина лежал на полу, а его голова находилась примерно в 30 см от горящего дивана. Он получил ожоги, значительно надышался продуктами горения», — пояснил Павел Тышкевич.
Практически четверть века посвятил профессии старший инструктор-спасатель службы поисково-спасательных работ и пожаротушения пожарного аварийно-спасательного отряда (ПАСО) Брестского областного управления МЧС Максим Полх. Прошло уже столько лет, а он тоже помнит свой первый выезд на вызов. «Начинал я в службе инженерных работ мастером-спасателем, был больше привязан к машине, которая выезжала на ДТП. Первый вызов был на происшествие в пригороде Бреста с несколькими погибшими. Легковая машина врезалась в дерево и от удара загорелась. Я потом еще несколько недель чувствовал сладковатый запах обгоревшей плоти», — поделился брестчанин.
Тогда ему было чуть больше 20 лет. За эти годы тело и психика закалились, но сердце по-прежнему остается чутким к чужой беде. Максим Полх считает аксиомой — спасатель не может быть равнодушным. «Когда с человеком случается несчастье, эмоционально не показываешь, но внутри откликается, конечно же. Однако от этого надо быстро отходить. Тем более нужно возвращаться в семью со свежей головой, без эмоционального груза», — такой позиции придерживается он.
Похожих друг на друга пожаров не бывает, считает Максим Полх. Один из них произошел в начале лета на улице Дубровская в Бресте. С первого взгляда ничего необычного: загорелась квартира на четвертом этаже в девятиэтажном доме. Когда работники МЧС приехали на место вызова, из окна валил дым. Спасатели оперативно поднялись наверх. У входа в квартиру их обдало тепловой волной, настолько квартира успела прогреться.
«Горела самая дальняя комната, а расплавилась трубка домофона на расстоянии метров 20 от очага. Представляете, какая температура была внутри, — задался риторическим вопросом спасатель. — Хозяйка самостоятельно покинула квартиру. Мы звеном газодымозащитной службы проводили разведку. Были вчетвером, разошлись по комнатам. Я нашел лежащего на полу сына хозяйки квартиры». Медицинская служба МЧС оказала мужчине первую помощь, а затем передала бригаде скорой медпомощи.
Каждый вызов — это работа команды, в которой должно быть абсолютное доверие напарников. «С первых дежурств видно, что приходит молодежь, которой можно доверять. На любом пожаре будут рядом. Один ведь ничего не сделаешь. Когда все вместе, мы — один кулак, одна сила, тогда можно и горы свернуть», — подчеркнул Максим Полх.
Служба спасателей не состоит лишь из тренировок и тревожных вызовов. Естественно, находится время для досуга. Тоже эффективный тимбилдинг. «С нашей работой нужно быть немного юмористом, чтобы разрядить обстановку. Расслабляемся немного, когда положено по распорядку дня. Ну и куда же без шуток друг над другом», — заметил старший инструктор-спасатель. Опытные коллеги радушно принимают в команду новобранцев, учат всему, что знают и умеют сами. «Это наша смена, плечо. Каким его вылепим, таким оно и будет», — резюмировал профи.
Алевтина ЧЕРНОВОЛОВА,
фото Брестского областного управления МЧС,
.
