Объединили усилия, чтобы противостоять Польше. Историк о соглашении белорусских эсеров и большевиков
Игорь Марзалюк. Скриншот видео 27 августа, Минск /. Белорусские социалисты-революционеры воспринимали как зло возрождение Польши в границах Речи Посполитой 1772 года и объединили усилия с большевиками. Об этом рассказал председатель Постоянной комиссии по образованию, культуре и науке Палаты представителей, историк Игорь Марзалюк в проекте «Настоящая история. Лекции Игоря Марзалюка».
Среди белорусских политиков после 1917 года историк выделил два течения: немногочисленное пропольское и просоветское. Представители первого течения делали ставку на Польшу, считая, что поляки помогут создать какую-нибудь форму белорусской государственности. «Тем более Юзеф Пилсудский заявлял, что все бывшие народы Речи Посполитой и Великого княжества Литовского в том числе будут сами определять свое будущее, как равные с равными. Он выдвинул концепцию федерализации, которая на самом деле была не чем иным, как политическим трюком», — сказал Игорь Марзалюк.
Он также отметил, что на белорусских землях в те годы очень широким влиянием обладала белорусская партия социалистов-революционеров, или эсеров. Они очень рано осознали, что с поляками невозможно о чем-либо договориться. Эсеры понимали, что на самом деле в Варшаве делали ставку на поглощение Беларуси, не воспринимали ее как отдельный субъект политического процесса и собирались игнорировать белорусскую государственность и национальные интересы. Возрождение Польши в границах Речи Посполитой 1772 года воспринималось белорусской партией социалистов-революционеров как абсолютное зло.
- Брестский мир ставил под вопрос целостность Беларуси и само существование страны на перспективу — Марзалюк
«Они понимали, что польские оккупанты не дадут белорусам никаких шансов на сохранение своей национальной самобытности. Поэтому белорусская партия социалистов-революционеров очень рано начинает жестко противостоять польским империалистическим поползновениям, — отметил историк. — После того, как ушли кайзеровские оккупанты, которым белорусские коммунисты и эсеры также противостояли в партизанской борьбе, после первой оккупации Минска Пилсудским в 1919 году белорусская партия социалистов-революционеров объединила свои усилия с большевиками, чтобы противостоять Польше».
При этом, как подчеркнул Игорь Марзалюк, у белорусской партии социалистов-революционеров была четкая политическая программа. Они хотели видеть Беларусь независимой в ее этнографических границах. «Среди них, безусловно, преобладали сторонники того политического проекта, который назывался Белорусская народная республика. Но при этом они понимали, что без союза с большевиками, без объединения усилий с Советской Россией реально Польше противостоять не смогут. И осенью 1919 года белорусские эсеры в Смоленске подписали соглашение с большевиками», — подчеркнул он.
Согласно соглашению, эсеры брали на себя обязательство сражаться с польскими оккупантами и готовить восстание в тылу польских войск. От большевиков они получили большие суммы денег, которые тратились на пропагандистскую работу среди белорусского крестьянства и организацию и вооружение повстанческих отрядов. «В начале ноября 1919 года белорусские эсеры организовали в Минске нелегальную конференцию. А в декабре они взяли под полный контроль раду БНР, которая находилась в Минске, вытеснили оттуда все пропольские элементы и сделали Вацлава Ластовского председателем этой рады», — отметил Игорь Марзалюк.
Еще одна нелегальная конференция состоялась в Минске 4 марта 1920 года. Там было решено пойти на союз с большевиками — опять же, для консолидации общей борьбы против поляков. Был создан повстанческий комитет, в который вошли как белорусские эсеры, так и белорусские коммунисты. «Эсеры вели широкую агитационную работу среди белорусского крестьянства, создавали партизанские отряды. В это время Полута Бодунова, которая принадлежала к партии белорусских социалистов-революционеров, была иконой стиля этой партии, находилась в Москве и вела переговоры с руководством Советской России. И эсеры получили помощь. Только на агитационную работу они получили 350 тыс. рублей», — резюмировал историк.
