Десятки томов дел, сбор доказательств по крупицам. О рабочих буднях рассказали витебские следователи
Фото УСК по Витебской области Новости темы «Репортаж» «Добро пожаловать в команду!» В Минском областном училище олимпийского резерва начался новый спортивный сезон Время новых побед: БГМУ открыл новый учебный год и принял в свои ряды будущих врачей Работа следователя требует высокой концентрации внимания и сосредоточенности, ведь собранные доказательства определяют вину человека в преступлении и влияют на степень наказания, предусмотренного законом. Это может серьезно повлиять на судьбу человека, поэтому каждый сотрудник чувствует и свою личную ответственность. Следственный комитет 12 сентября отмечает 15-летие со дня образования. В преддверии профессионального праздника сотрудники отдела по расследованию преступлений в сфере экономики следственного управления УСК по Витебской области рассказали , какими качествами должны обладать следователи, сколько томов включают уголовные дела и как можно переключаться с рабочих будней, чтобы избежать выгорания.
В отделе трудятся шесть человек, включая четырех следователей. «У нас опытные сотрудники. Мы занимаемся расследованием дел в сфере экономики, а это преступления, связанные с неуплатой налогов, обязательных сборов и таможенных платежей. Иногда бывают дела, связанные с контрабандой и незаконным оборотом платежных средств», — поясняет начальник отдела Константин Булатов.
Он подчеркивает, что обвиняемые, проходящие по таким делам, как правило, люди интеллигентные, образованные, некоторые заканчивали не один вуз, а в хищениях или уклонении от уплаты налогов набили руку не за один год. Именно поэтому с такими хитрыми и изворотливыми фигурантами нужно быть особенно внимательными и ловить каждое слово или жест. «Нередко по уголовным делам нашим следователям необходимо изучать документы не за один год, а за десяток лет. Бывшие или действующие бухгалтеры, руководители фирм и предприятий, нечистые на руку, проводят махинации, присваивают средства и, чтобы скрыть следы преступной деятельности, подделывают документы. Их все нужно прочесть, выявить состав преступления. Такая работа занимает много времени и отнимает достаточно сил», — говорит руководитель отдела.
Одним из наиболее распространенных видов экономических преступлений, которые фиксируют на Витебщине, является уклонение от уплаты налогов. Схемы придумывают разные, самая частая — дробление бизнеса, то есть оформление мелких фирм, которые пользуются так называемым льготным режимом налогообложения. «Через такие подставные компании «головное» предприятие отмывает деньги, «экономит» на налогах, платит работникам зарплаты в конвертах, а те средства, которые удалось сокрыть, распределяет между определенными работниками или присваивает», — отмечает Константин Булатов.
Также нередко в подобных случаях выявляются и дополнительные составы преступлений — неуплата подоходного налога, страховых взносов, не поступающих в бюджет.
Одним из дел с серьезным ущербом в практике витебских следователей стал случай с махинациями с коммерческой недвижимостью. «Один из жителей области разделил свою деятельность среди более десятка субъектов, и за счет использования такой системы уплаты налогов получал большую прибыль. Общий ущерб составил не менее 10 млн рублей», — приводит пример следователь по особо важным делам Татьяна Балтина.
Сотрудники отдела подчеркивают, что зачастую правонарушители «подслушивают и подсматривают друг у друга», отсюда и появляются схожие схемы преступлений. «Сложность в таких делах заключается в том, что наши предприниматели и бизнесмены — грамотные люди, как интеллектуально, так и в правовом плане. У них есть возможность нанимать квалифицированных юристов. И фактически любое решение, акт проверки обжалуются годами, сначала по линии контролирующего органа — Комитет госконтроля, органов по налогам и сборам, а затем уже по линии экономического суда, вплоть до Верховного суда. Это очень затратно по времени. Тем не менее, как показала практика, все обжалования остались без удовлетворения», — обращает внимание Константин Булатов.
База для работы следователя, говорят сотрудники отдела, — это юридическое образование. «Как юристы мы, получив азы общей теории права и понимая принципы любого права, разбираемся и в налоговом, гражданском законодательстве. Также приходится разбираться и в документах, регулирующих контрольно-надзорную деятельность. Мы работаем в тесной связке с налоговой инспекцией, Комитетом госконтроля, в частности с Департаментом финансовых расследований (ДФР). Фактически они проводят первоначальные проверки финансово-хозяйственной деятельности субъектов, где устанавливают нарушения в соответствии с налоговым законодательством. Мы оцениваем данное нарушение с точки зрения уголовно-правовой квалификации, наличия умысла лица на совершение общественно опасного деяния. Как итог — уголовное преследование и судебное решение», — разъясняет заместитель начальника отдела Игорь Завиша.
Татьяна Балтина называет еще один вид экономических преступлений, которые в последнее время выявляются — налоговое мошенничество. «Субъектами хозяйствования незаконно используется возможность возврата НДС из бюджета. Фактически они возвращают себе живые деньги, переводят на счета и пускают в оборот. Вычисляют их обычно с помощью аналитики. Как правило, это налоговые органы, либо ДФР проводят контрольные аналитические мероприятия», — отмечает следователь.
Еще одна из новых схем — это использование подконтрольного субъекта Российской Федерации как посреднической структуры в целях завышения фактической стоимости товара, где на каждом этапе, по сути, составляется новый комплект документов. Таким образом продавец в нашей республике получает большую прибыль от реализации искусственно подорожавшего товара конечному потребителю.
Не все дела, которые проходят через отдел, бывают громкими. Порой преступники ухищряются брать чужое по чуть-чуть, чтобы не было заметно, но от этого тяжесть ответственности не уменьшается. Татьяна Балтина несколько лет назад расследовала дело, где фигурант получал незаконный доступ к личным кабинетам абонентов одного из сотовых операторов, подбирая ключик с помощью предустановленных паролей, которые люди после подключения сим-карты не меняли на новый. По рублю-два, иногда пять мужчина переводил на свой номер, к которому была привязана банковская карта, а предварительно отключал службу смс-оповещений, чтобы граждане не знали о списаниях. Куш оказался не баснословно большим — около 10 тыс. рублей, но пострадавших оказалось немало — почти 2 тыс. человек по всей стране.
Собирать доказательства порой приходится очень долго, и в этом состоит самая непростая часть работы сотрудников отдела. Игорю Завише однажды поручили дело, в котором была замешана бывшая сотрудница банка. За год до пенсии она стала подделывать документы и присваивать деньги. Во время ревизий она предоставляла подложные документы, чтобы избежать разоблачения. «Мне пришлось отсматривать предоставленные банком видеозаписи каждого рабочего дня обвиняемой почти за год. Подключилась и служба безопасности финансового учреждения, подсказывая, на какой момент и в какой день можно обратить внимание. Это монотонное занятие, требующее внимания и больших временных затрат. И во многих других делах мы тоже по крупицам собираем доказательства, не упускаем никаких мелочей», — рассказывает он.
Кстати, фигурантка похитила $70 тыс. и 57 тыс. евро. Она объяснила свое преступление желанием собрать деньги для безбедной жизни дочери. За хищение женщина получила наказание — шесть лет тюрьмы.
Как правило, обвиняемые на допросах не признают свою вину, отговариваются тем, что не знали, что совершали что-то незаконное, пытаются запутать следствие, повести по ложному следу или максимально сбавить «градус» своей вины. Но когда специалисты начинают задавать вопросы со знанием тонкости работы бухгалтеров, ведения документации, то фигуранты понимают, что имеют дело с профессионалами. «Мы учимся у нарушителей закона, на их схемах и уловках, которые в итоге раскрываем. Учимся у налоговых органов, органов финансовых расследований. Ни в одной книге или учебной методичке этого не напишут. Это практика, опыт, приходящий с годами. Точно также не сразу учишься распознавать ложь, поведение человека, который стал подозреваемым, сидит напротив и искренне пытается убедить тебя, что он честный гражданин. Мы отчасти психологи, стараемся даже по каким-то едва уловимым признакам понять, где в этой обороне есть брешь и как ее можно использовать», — утверждает следователь по особо важным делам Александр Суховский.
Он добавляет, что преступления, связанные с уклонением от уплаты налогов, относятся к категории тяжких преступлений, и наказание за них — тюрьма. Единственное условие, чтобы получить наказание, не связанное с лишением свободы, — возместить причиненный ущерб, причем в полном объеме.
«В прошлом году мы закончили уголовное дело в отношении предпринимателей из Витебска, которые реализовывали кассовые аппараты. Они недоплатили в бюджет налогов на миллион рублей. Из этой суммы 700 тыс. рублей бизнесмены возместили, клянясь, что больше ничего нет и одолжить им негде. А когда вопрос стал о том, что в суде с учетом большого ущерба нет оснований для применения иных видов наказания, таких как отсрочка исполнения приговора либо условное неприменение наказания, они внезапно изыскали деньги и еще 300 тыс. доплатили в бюджет. Только после этого они избежали реальных тюремных сроков», — поясняет на конкретном примере Константин Булатов.
Начальник отдела отмечает, что опытные следователи в первую очередь думают о работе. А чтобы не выгореть, не устать морально и физически от нелегкого труда, многие отвлекаются на хобби. Константин Булатов, который работает следователем в правоохранительных органах уже 27 лет, а в Следственный комитет пришел сразу после его образования, предпочитает рыбалку. Тишина, рассвет, водоем, пение птиц, шелест травы, удачный клев — и душа с телом перезагружаются на все сто. «Забываешь о делах, преступниках, остаешься один на один с мыслями, оставляешь заботы далеко в городе — вот это самый лучший отдых. После него возвращаешься к работе с новыми силами и идеями. Бывает, посмотришь на запутанное дело — и тебя как будто осенило: проблема в том или этом», — делится он секретом силы и неиссякаемой любви к выбранной профессии.
Уроженец Дубровно Игорь Завиша пошел в правоохранительные органы по примеру своего друга и остался здесь по зову души. Какое-то время работал в Новополоцке, а затем как перспективный молодой сотрудник попал на службу в Витебск в управление Следственного комитета. «С 2011 года я только делами экономической направленности и занимаюсь. В работе больше всего нравится видеть результат. Завершил дело — выдохнул. Да и когда сам обвиняемый в итоге говорит: «Да, вы правы, я это сделал», — получаешь моральное удовлетворение, что выполнил свою задачу на максимум», — рассказывает замначальника отдела.
Александр Суховский, отец которого был военным, с детства видел людей в форме и привык к строгой дисциплине. Следователем он трудится уже 24 года, начинал, как и многие коллеги, с милиции. «У нас нет рутины, каждое новое дело требует нового подхода, информация разная, но результат должен быть одинаковый — собрать максимум доказательств и вывести преступника на чистую воду. Будущему поколению молодых следователей я бы хотел порекомендовать одно — быть готовыми служить Родине без остатка. В нашей профессии мы не считаемся с личным временем, для нас работа — это жизнь», — говорит он.
Татьяна Балтина признается, что о такой работе мечтала с детства. «Я не помню того времени, когда мне не хотелось быть в погонах. Мне кажется, я родилась с этим ощущением и этим желанием. Родители махали рукой, мол, перерастет, перебесится, пройдет. Вот, не переросла», — с улыбкой рассказывает следователь.
Дочь работника авиации оказалась с характером и решила, что преодолеет все преграды, возникавшие на пути к мечте. В год, когда Татьяна поступала в Академию МВД, прием девушек строго ограничили, и она не попала в категории, которым можно было подавать документы. Она выучилась в витебском вузе на юриста, но в милицию в областном центре ее сразу не взяли, предложили районный отдел внутренних дел. «Поехала. Начинала с Чашников. И когда образовался Следственный комитет, перешла сюда. Мне нравится, что здесь можно проявить себя максимально. Следователь — это относительно автономная единица, над ним никто не стоит, не заставляет делать что-то, не указывает, как надо делать. У нас работает механизм обратного планирования — сначала ты видишь конечный результат, то есть как дело будет передано в суд, и исходя из него строишь свою работу поэтапно в порядке от конца к началу. Это заставляет тебя самого быть высокоорганизованным и, конечно, ответственным. За каждой твоей подписью стоит судьба человека, ошибиться нельзя», — отмечает следователь, добавляя, что для ее спокойного нрава больше всего подходит работа, где нужно вдумчиво изучать материалы, анализировать не торопясь, чтобы не упустить чего-то важного.
Ее отдушина — стройка на даче, музыка (она играет на балалайке) и велопрогулки с сыном.
Сотрудники отдела по расследованию преступлений в сфере экономики говорят, что результат их работы не измеряется количеством оконченных дел. Если над одним можно поработать неделю-две, то надо другим — месяцы, и при этом собрать десятки томов документации. «Мы — как муравьи, тащим на себе вдесятеро больше возможной нагрузки, хотя при этом со стороны кажется, что работа легкая и простая. Большой плюс, когда коллектив трудится слаженно, и каждый готов прийти на помощь другому. Нам повезло — у нас именно такой коллектив», — с теплотой отзывается о коллегах Константин Булатов.
Алеся ПУШНЯКОВА,
фото УСК по Витебской области,
.
